В Харькове рассказали о приключениях «музыкального кота»


«Типичным в подобных случаях является то, что неопределённость, первоначально ограниченная атомным миром, преобразуется в макроскопическую неопределённость…», – Эрвин идет рядом со мной размеренным шагом.

Сегодня, в пятницу, 13-го октября, со мной творится всякая бесовщина.

Нам с Эрвином Шредингером в лицо бьет шквальный ветер – харьковская погода уподобилась заявлениям Карлеса Пучдемона о статусе Каталонии: провозглашаем Независимость, не провозглашаем Независимость, дождь, солнце, мрачная серость, ослепительное буйство красок, шквальный ветер.

Мы движемся в «Art Area ДК» на концерт группы «Очеретяний кіт», а я понемногу схожу с ума. В ногах Шредингера трется полуживой кот, сам Эрвин декламирует мне копенгагенскую интерпретацию какого-то эксперимента. И такой странной компашкой мы проходим мимо курящих на входе людей. Внимания на нас они не обращают – и я осознаю, что пятница, 13-ое, оказывает какое-то особое влияние только на меня.

Смотрю на циферблат своих часов: 19:50, до начала концерта еще 10 минут.

В холле Шредингер и его питомец пропали, зато меня нагнала очаровательная блондинка-администратор. Я расплачиваюсь и ни слова не говорю ей о Томе, охотящимся за Джеррри прямо за ее спиной. Персонажи «Metro-Goldwyn-Mayer» провожают меня до зала.

В зале чисто и просторно, на сцене группа заканчивает подготовку и объявляет, что концерт начнется через 5 минут.

На стенах, будто черные хвосты трубой, застыли тени от оставленных кем-то штативов.

Падаю на один из вороха бинбегов возле стены.

Голос возле меня негромко шуршит: «Гурт «Очеретяний кіт» був заснований у 1995 році. Сьогоднішній концерт проводиться у підтримку нового альбому “Налягай на весла”…».

– Кто здесь? – я не вижу говорящего.

Рядом со мной в пустоте расплывается улыбка и, не обращая на меня внимания, продолжает: «За час виступу гурт випустив 5 альбомів. До складу колективу входять: Микола Доляк (флейта), Володимир Войчишин (бас-гитара), Андрій Войтюк (ударні)…». Усмешка-видение, не договорив, медленно растворяется в пространстве.

Руками блондинки-администратора бинбэги рядом со мной разбегаются по залу, как напуганные мыши, а подошедшие зрители тут же начинают на них охоту.

Надпись «Очеретяний кіт» на заднике сцены временами потухает, а затем вспыхивает, будто глаза хищника, притаившегося в камышах.

Концерт начинается появлением на сцене поэта и участника группы «MORJ» Сергея Белозерова. Он исполняет песню «Кафе вне сезона», после чего приглашает самих «котов». Я же вижу, как перед задником парит, оставляя радужные брызги, Нянкэт.

Просто котострофический день.

После теплых объятий с Белозеровым на сцену поднимается солист Роман Криль и еще трое участников группы. Гитара у Романа традиционного теплого желтого цвета, но мне она начинает казаться розовой, с надписью «Hello, Kitty».

У «ОК» своя, особая атмосфера выступления – каждая песня команды имеет историю, которой Роман Криль спешит поделиться перед исполнением.

Группа исполняет первую композицию, на которую «ОК» вдохновил их друг и его автомобиль ГАЗ-69, но из-за Нянкэта я слышу только «Nya nya nya nya nya nya nya!».

Это сумасшествие обрывается вместе с первой песней, и исполнение «Електрички», «Буряков» и «Дороги на Катюжанку» я слушаю относительно спокойно, лишь изредка отвлекаясь на тренировки, проводимые первоклассником Кириллом для Тишки.

Вдобавок к своим видениям, среди зрителей я различаю маску Джейсона Вурхиза (интересно, присутствующий в зале Сергей Петров – Боб Бассет – дал ему свою визитку?). Он явно не из моей «оперы», хотя в несвоевременности Джейсона сегодня обвинить никак не получается.

Трек «Мандрівка в Косаківку» сопровождается потрясающим соло на барабанах от Андрея Войтюка, имеющего опыт выступления с «Плачем Єремії» и «Братами Гадюкиными».

Через несколько дней группа в рамках творческого объединения «Музыкальный батальон» будет выступать в Покровске (бывший Красноармейск) в зоне АТО, поэтому следующей идет «Шлях на Мар’їнку», которая написана после поездки группы вместе со скрипачом Сергеем Охримчуком.

– Давайте жить дружно, – подытожил кто-то песню рядом со мной, но я не обратил на него внимания.

Завершила первое отделение группа «Журавлями».

В перерыве ко мне на задних лапах подошел здоровенный котище с кавалерийскими усами и примусом.

– Милостивый государь, уж не заглядывали Вы в уборную? Там стройным голосом кто-то выводит: «Не бросай, не бросай в унитаз бумагу!». Виданное ли дело?, – спрашивает меня это создание.

– А ты…, – начинаю я.

– Не шалю, никого не трогаю, починяю примус, – перебив меня, сказал в пространство гость и ушел.

На ресепшене можно приобрести новый альбом, в поддержку которого и проходит концерт, но я подхожу к бару. За барной стойкой уплетает лазанью Гарфилд, а на противоположную от стойки стену проектор ведет трансляцию из зала. Смотря в этом «телевещателе» как попивает что-то музыкант Войчишин, задумываюсь: «Моршинская» это или валерьянка?

Первой песней после перерыва становится «Кав’ярня “Невдахи”». Она про киевский андерграунд-клуб, где посетителями являются, в основном, сами команды музыкантов, играющих там.

Слова песни «Лелека» неизвестным образом складываются у меня в голове во что-то вроде «…будем гладить всех мурчащих, тёплых, сонных, настоящих, запуская руки в меховые животы…».

Далее группа поет «Ой, не плач, мати» и «Сум кота».

Зрители понемногу повставали со своих мест и втянулись в танцы перед сценой.

Передо мной пляшут сапоги. В них тощий котяра невпопад выводит «Маркиза, маркиза, маркиза Карабаса!» и тут же переходит на испанский, хотя исполняемая группой песня называется «Алкоголь». Но вот я уже просто вижу перед собой танцующих девушек, одна из которых выплясывает босиком.

Следом группа поет «Човен» – песню из следующего альбома, название для которого Роман призывает придумать прямо сейчас.

Рядом со мной восседает странный персонаж, весь перемотанный бинтами.

– Шафранек, что у Вас с лицом?, – спрашиваю я, но тот молчит – лишь двигает в такт играющей «Мама» ухом, выбившимся из-под повязки.

«Коты! Коты! Коты!», – скандирует публика. «Подумаешь… Я еще и вышивать могу… и на машинке… тоже…», – отвечает им слышимый только мною голос Олега Табакова.

«На бис» группа исполняет «Кіномеханіка».

«Еще! Еще! Еще!», – шумят зрители. Но концерт окончен. Черная мурка из угла кричит мне «Чао!», я встаю и иду к выходу. У выхода меня нагоняет котище с примусом: «Уж не соизволит ли милостивый государь попить со мною кофею и сыграть партию в шахматы?».

«Попить кофею» нам не пришлось, сразу после концерта мы с существом сидим на лавке под Мироносицкой церковью и вместо шахмат играем во «Взрывных котят».

Я тащу карту из колоды и слышу писк часов. Взглянув на циферблат, вижу время: 00:00, настала суббота. Смотрю перед собой, но котище исчез. В сквере на мокрой лавке я сижу один. Метро уже закрыто, а, значит, самое время вызывать что-то Uberоподобное.

Я встряхиваю головой.

Чего только не привидится в пятницу, 13–го.

© Charles D`Hevrais

Фото: Виктор Высочин

А поделиться?