В деле о ДТП на Сумской допросили экс-патрульную, знакомую с семьёй Зайцевых



До 30 марта 2018 года Ляна Щербина работала в Управлении патрульной службы Харькова. 18 октября 2017-го её экипаж в составе трёх человек по рации получил информацию о происшествии на пересечении Сумской и переулка Мечникова. Через несколько минут полицейские уже были на месте ДТП.

«Оградили место происшествия, и подошла Алёна Зайцева, сказала, что она водитель Lexus. Мы прошлись дальше, с напарником, увидели Touareg, за углом стоял, за углом «Пузата Хата»… Вернулась на место происшествия, отвели подозреваемую в автомобиль патрульный, посадили в автомобиль Зайцеву. Попросили документы, она предъявила документы и передали их следователю», — рассказала Щербина. 

По её словам, Зайцева передала документы её напарнику. 

«Я присутствовала при этом, [Зайцева предъявила] удостоверение водителя и регистрационные документы на автомобиль», — уточнила Щербина. 

Патрульный из другого экипажа Евгений Шестов, который уже свидетельствовал в суде, заявлял, что Зайцева сразу не смогла предъявить документы, а затем её передали другому экипажу — очевидно, экипажу Щербины. 

Патрульные полицейские, которые первыми прибыли на место, они вам сообщали, что у водителя автомобиля Lexus нет документов? — Никто не подходил. Ничего не говорил, — ответила Щербина.Он говорил, что потом передал вашему экипажу. — Может, напарнику? Ко мне лично сама подошла Зайцева, мне её никто не подводил, я повернулась, она уже стояла за моей спиной. Никакого другого экипажа, рядом стоящего полицейского, кроме своего напарника, я не видела. Все где-то бегали. 

Щербине неизвестно, откуда в сети появились фото документов водителя Lexus.

Скорость Lexus в разговоре с Щербиной Зайцева оценить не могла. 

«Сказала: «Не знаю, с какой». Сказала, что автомобиль Touareg она видела. Что он прямо перед ней выскочил резко. Как она сказала, он дёрнулся. Пытался поехать и поехал всё-таки», — добавила она. 

«Она сказала, что на зелёный приближалась к перекрёстку. А выехала — к сожалению, чёткого ответа я не услышала. Подъезжала — горел зелёный. Touareg видела и, по-моему, она говорила, что пыталась уйти от удара», — сообщила свидетель. 

От медицинской помощи на месте ДТП Зайцева отказывалась, рассказала Щербина. Позже она жаловалась на тошноту и головокружение.

«Алёна больше настаивала на том, чтобы мы оказывали помощь пострадавшим. Потом, когда она уже была в медицинском центре на Шевченко, 26, с ней общались только врачи», — сказала Щербина. 

На место ДТП приехала мать Алёны Зайцевой Татьяна Иванова. Щербина давно с ней знакома — несколько лет назад они вместе работали. Как скоро Иванова появилась на месте ДТП, свидетель уточнить не смогла. 

«Нет, я её не сразу увидела. Я её сама остановила, потому что узнала», — сказала свидетель. 

На машине патрульной полиции Щербина вместе с напарником повезли Алёну Зайцеву, пассажирку Lexus Марину Ковалёву и её мать на освидетельствование. Взять Татьяну Иванову с собой, по словам свидетеля, патрульным разрешил следователь.

На уточняющий вопрос одного из представителей потерпевших, который ссылался на приказ, согласно которому патрульным запрещается перевозить посторонних, Щербина ответила:

«С этим приказом я не была ознакомлена. Не буду скрывать. Ну, бывает. Я не видела в этом никакого нарушения. Плюс ещё присутствовал следователь, у которого мы спросили: маму можно взять с собой? Он сказал, да», — сказала Щербина. 

«Мама Алёны Зайцевой [хотела дать] какие-то успокоительные таблетки, мы сказали, что запрещено их давать [Зайцевой], пока не сдаст анализы. Уже после того, как она сдала анализы — мочу и кровь — на Шевченко, 26, после этого она выпила успокоительные таблетки. Какие, не знаю», — сообщила свидетель. 

«Когда доктор на Шевченко, 26 спросил, всегда спрашивают, что-то употребляли в последнее время, она, по-моему, сказала, что бокал вина выпила за два дня или за день до этого и единственное лекарство, которое принимала, это таблетки «Пенталгин». Ей сказали, что эти таблетки нельзя. Она сказала: у меня была травма, ДТП, частые головные боли», — добавила Щербина. 

Признаков алкогольного или наркотического опьянения у Зайцевой Щербина не заметила. Семью водителя Lexus она назвала благополучной.

Во время процедуры освидетельствования на улице Шевченко нагрудная камера патрульной работала, вспоминает свидетель. Работала ли она на месте ДТП и после, Щербина не уточнила. 

«Надо смотреть камеру. Я не имею права её даже просматривать. Писала рапорт, чтобы мою камеру просмотрели, что на неё записывалось освидетельствование», — сообщила свидетель. 

Кровь у Зайцевой брали дважды. Второй раз — в отделе по расследованию ДТП на улице Маяковского, 22. 

«Приехало очень много активистов, как нам сообщили, и они потребовали, чтобы была повторна проведена сдача анализа крови… Потому что общественность настаивает», — вспоминает Щербина. 

На месте ДТП патрульные целенаправленно не искали очевидцев. По своей инициативе Щербина опросила двоих прохожих, те сказали, что ничего не видели. Никаких материалов сотрудники патрульной службы не составляли. 

«На ДТП с потерпевшими нашим руководством запрещено что-то оформлять, что-то забирать. Приезжает следственно-оперативная группа, мы можем им оказать помощь, отвезти, довезти….», — сказала Щербина.

«Нам всегда говорят, есть инструкция: когда подъезжаете, сначала занимаетесь пострадавшими, если нужна, оказываете медицинскую помощь, но уже скорая была и кто-то из врачей сказал: никого руками не трогать патрульным, людей уберите…», — добавила свидетель. 

По наблюдениям Щербины, после аварии Зайцева раскаивалась. «Я уверена, что она раскаивалась. Она в таком шоке была, и слёзы, и шок, пыталась людям: «Помогите, помогите», — сказала свидетель. 

На заседании 11 апреля суд допросил четырёх свидетелей — кроме бывшей патрульной, показания дала прохожая, водитель Opel Vivaro, который ехал рядом с Volkswagen Touareg Геннадия Дронова, и пассажирка Touareg Ирина Рафикова. Следующее заседание по делу о ДТП назначено на 17 апреля. 

А поделиться?