Маленькая история о графских сокровищах в Харькове


Не так давно в статье я затрагивал тему конфискации предметов, представляющих культурно-историческую ценность, из домов и усадеб харьковских помещиков. В конце статьи я обещал, что обязательно напишу материал из харьковской истории, связанный с графскими сокровищами. Ну что ж, слово надо держать.

К началу ХХ века польский дворянский род Собанских (или Собаньских) был достаточно известен на территории Российской империи.

В наши дни о них напоминают Собанские казармы на Канатной улице в Одессе, которые на самом деле были большими складами зерна, принадлежавшими первому мужу одесской музы Пушкина и Мицкевича — Каролины.

afisha.od.ua

Прекрасные и богатые усадьбы — дворцы в селе Спичинцы Винницкой области.

sergekot.com

в Верховке

m-a-d-m-a-x.livejournal.com

в Ободовке

Antoni Urbański «Podzwonne na zgliszczach Litwy i Rusi», Warszawa, 1928myshtetl.org

Представители этого знатного и состоятельного семейства были внесены в I и VI части родословных книг Виленской, Витебской, Могилевской и Подольской губерний.

А в 1880 году Феликсу-Хилари-Михаилу Собанскому был пожалован графский титул от самого Папы Римского Льва XIII-го.

Лев XIII, портрет работы Ф. де Ласло, 1900 г.

Одному из Собанских, богатому сахарозаводчику и землевладельцу Адаму, принадлежала усадьба в Пеньковке (сейчас это Шаргородский район Винницкой области). К сожалению, до настоящего времени она не сохранилась. С началом Первой мировой войны в 1914 году Адам Собанский выехал из усадьбы в Пеньковке, оставив там управляющего и охрану. Всю богатейшую коллекцию антиквариата, унаследованную от славных предков, состоящую из картин, старинных гобеленов, фарфора и прочего, он перевез в наш любимый город…

Эта история началась 27 февраля 1919 года, когда заведующий подрайоном 4-го района Харьковской городской рабоче-крестьянской милиции Федчун по распоряжению старшего помощника начальника милиции был откомандирован в Сумской переулок №3 для осмотра помещения, занятого какими-то вещами и мебелью, а также выяснения, кому они принадлежат. Такое внимание к пустующим комнатам со стороны правоохранительных органов вовсе не удивительно: ведь в нашем городе в то время был жилищный кризис.

Когда Федчун прибыл на место, оказалось, что в трех жилых комнатах размещена масса всевозможных корзин, ящиков и сундуков. Выяснить их количество было совершенно невозможно, так как комнаты набиты вплотную до самого потолка. Также в помещении находился некто неизвестный, охранявший все эти вещи.

Когда сторож предъявил документы, оказалось что он — австрийский подданный Леон Григорьевич Дмитровский, приехавший в Харьков из имения Пеньковка Подольской губернии, где служил лакеем у Адама Сабанского. Во время допроса Леон Дмитровский рассказал, что с началом войны граф Адам упаковал всю свою коллекцию и отправил ее в Харьков, а вслед за ней велел ехать и ему.

По прибытии в наш город преданный слуга направился по указанному графом в записке адресу: на улицу Московскую № 17, к Антону Матвеевичу Гутовскому для получения дальнейших инструкций. Тот отправил Дмитровского на улицу Дворянскую № 1, где были размещены уже привезенные из усадьбы ценности. Однако в 1917 году по распоряжению Гутовского вся коллекция антиквариата была перевезена в дом по Сумскому переулку.

Также сторож указал, что данные вещи одно время принадлежали польскому консулу Квятковскому, а сейчас — Народному музею города Кракова, и находятся в ведении группы польских коммунистов, находящейся в Польском доме.

Деньги на жизнь Дмитровский получал у Гутовского. Больше ничего бывший графский лакей рассказать не смог.

5 марта старшим помощником Розентальевым был допрошен и сам Антон Матвеевич Гутовский. Он оказался отнюдь не рядовым гражданином, а представителем Общества попечения над памятниками старины Польши. Из показаний стало известно, что в октябре 1918 года к нему из Киева с целью отправки вещей в Краковский музей приезжал уполномоченный вышеупомянутого общества Вронский.

Богатейшую коллекцию Собанских вывезти тогда так и не удалось по весьма простой причине. Дело в том, что нашим любимым городом не было предоставлено для этого необходимое количество товарных мест в вагоне. Уезжая в Киев для решения вопроса по вывозу ценностей из Харькова, Вронский поручил Гутовскому оказывать содействие людям, которые будут отправлять вещи, а также принять на себя заботу о решении финансовых вопросов.

По причине того, что из Киева долгое время не приходило никаких вестей, а также из-за временного закрытия границы Галиции, заботу о содержании и сохранности графских ценностей Гутовский вынужден был взять на себя и в дальнейшем.

Немалый интерес представляет для нас заключение начальника Харьковской рабоче-крестьянской милиции, отправленное 11 марта в Отдел искусств при Временном Правительстве Украины, являющееся, по сути, окончанием этой истории. Признавая факт того, что коллекция Собанского представляет огромную ценность, он указывал:

«Так как Польша в данное время представляет собою буржуазную республику и находится в состоянии войны с Советской Украиной, то, со своей стороны, я считаю необходимым и целесообразным все эти вещи распределить в местный музей, а остальные, не нужные для музея и пригодные для хозяйственного обихода, передать в распоряжение Совета Народного Хозяйства, тем самым облегчив квартирный кризис».

Что и было благополучно сделано. Судьба «не нужных для музея и пригодных для хозяйственного обихода» вещей мне, увы, неизвестна. А то, что осталось, и по сей день хранится в Харьковском художественном музее.

Вот такая вот история о Харькове, графских сокровищах и культурном наследии.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.

А поделиться?