Константин Стогний : Преступность наступает на пятки большим чиновникам и бизнесменам


К сожалению, анализ того, что происходит сейчас на дорогах, говорит о том, что трагедия в Харькове, — не последняя трагедия. Ведь когда перед этим, в августе, были ДТП с пятью трупами, нужно тогда было что-то делать. Дело все в том, что сама система нарушена.

Нужна нормальная реформа, потому что то, что произошло, это далеко от понимания не только реформы, но и здравого смысла — когда опытных сотрудников огульно сменили, не разбираясь в каждом лично, а массово взяли и уволили. Это нарушение, во-первых, всех прав человека, а во-вторых, это привело именно к тому, что у нас сейчас происходит на дорогах. А вместо них пришли те, которые пошли на двухмесячные курсы обучения.

К примеру, мне часто приходится делать замечания патрульным на въезде в Киев, когда мимо них проезжает маршрутка, набитая людьми, а водитель даже не стесняется — он от уха телефон вообще и не думает отнимать. Мало того, водитель еще при этом улыбается патрульным с телефоном возле уха, а они в ответ ему тоже шлют улыбки. Я в такие моменты останавливаюсь: «Чего вы улыбаетесь?» — «Мы должны быть вежливыми». — «А вы понимаете, что водитель маршрутки в данном случае нарушает правила дорожного движения, что у него десятки людей в машине?!». В ответ пожимают плечами. Во всех странах мира это запрещено, потому что минимум 50% внимания отвлекается при пользовании мобильным телефоном. И такие примеры можно перечислять еще долго.

Поэтому ни народные суды, никто ничего не сможет сделать, потому что нет системы правил дорожного движения и их контроля. Два месяца назад было последнее подразделение, которое занималось контролем на дорогах, и оно же было ликвидировано. И пока не будет системы безопасности людей, и не только на дорогах, к сожалению, в нашей стране будут происходить эти страшные аварии и ДТП, как последняя в Харькове.

Теперь что касается статистики преступности в целом. Согласно официальным отчетам, эта статистика немного улучшилась по отношению к прошлому году. И тому есть объективная причина — в прошлом году был неконтролируемый заоблачный всплеск. И на самом деле сегодня — это никакая не положительная динамика, просто мы имели страшные цифры прошлого года. То, что цифры преступности высоки — это бесспорно, каждый может спросить у своих знакомых: все реже и реже попадаются люди, у которых еще не украли телефон, кошелек или не угнали машину.

Поэтому есть вот такая альтернатива статистики — народная статистика. Причина все та же — нет системы и нет системного подхода. Если раньше нормы обучения следователя были 7 лет: он должен был сначала патрулировать улицу, а любой милиционер, который приходит, должен был отслужить в армии, то сейчас отношение к армии такое — обязательно, не обязательно. Но обязательно нужно было начинать с улицы помощником участкового — называлось «пожить на земле», то есть потоптать землю, посмотреть, как люди себя ведут, как работают с ними, как хитрят, и опытный участковый обязательно все это показывает и рассказывает. Потом нужно было патрулировать улицу в составе патруля, а потом уже постепенно знакомиться с делами. И только через 7 (!!!) лет появлялся хороший опер или следователь. А сейчас по ускоренным курсам, куда приходят со школьной скамьи, и от них требовать, чтобы они что-то раскрывали или ожидать чего-то сверхъестественного — напрасно.

Поэтому нужно задать вопрос к руководству страны, когда оно захочет обращать внимание на эту преступность?! Сейчас идут околополитические баталии, и преступность для них не на первом месте. История же повторяется. Чтобы понять, как будет развиваться общество в будущем, надо смотреть, как развивалось раньше.

Взять, к примеру, Октябрьскую революцию 1917 года. Тогда разогнали царскую охранку: кто убежал во Францию, кого сослали по городам и весям — и сразу стала накатывать преступность. Последней каплей было убийство Урицкого, который пытался отменить смертную казнь. После этого было принято распоряжение Совнаркома о том, чтобы вернуть сотрудников царской охранки. И в архивах есть достоверные факты, что этих же людей, которых разогнали, уговаривали вернуться и сделать что-то с той разгульной преступностью, так и давали даже квартиры в Москве за это, и спецобеспечение и прочее. Видимо, у этой земли такая карма: не хотим учиться на чужих ошибках или даже на своих прошлых, а наступаем на те же грабли.

Ведь опять же разогнали весь квалифицированный оперативный состав — они пошли в частные структуры, в добровольческие батальоны, попросту те, кто обиделся, пошли к бандитам консультировать за деньги. А те люди, которые пришли со школьной скамьи, хотят им противостоять. Ну, это же не надо быть каким-то специалистом или аналитиком, чтобы понять, что государственные органы власти и правопорядка обречены на проигрыш. Должен быть другой подход, опять, как в далекие 20-е годы.

Опять же, вспоминаем люстрацию: после убийства Павла Шеремета было принципиальное решение в руководстве правоохранительных органов, чтобы вернуть люстрированных в любом составе, создать организацию при МВД, чтобы они могли помогать раскрывать преступления. Но никто из этих людей не согласился, уже просто не хотят туда, откуда их вытолкали. Причем заместитель по оперативной работе одного из больших городов, который не прошел люстрацию, когда я его спросил, был ли он на люстрационной комиссии, он сказал: «Нет, я только переступил порог, как человек, которого я трижды задерживал — он председатель комиссии, говорит: «Ну что пришел ко мне? Давай на колени, а потом будем разговаривать». Он говорит, что «я хлопнул дверью и больше туда не вернусь никогда».

Есть люди, которые вызвались и пытаются решить проблему, но сейчас идут политические баталии, и большие чиновники и бизнесмены не замечают того, что преступность уже к ним подкралась вплотную. Поэтому и то, что произошло в Харькове, и что творится на улицах, произошло потому, что начали изобретать свой велосипед: систему разрушили, а предложить взамен ничего не смогли. Темные силы всегда скорее заполняют вакуум, негатив всегда заметнее, и он более адаптирован к жизни. Поэтому криминал приспособился очень хорошо на этом пустом месте.

А поделиться?